Хоцу бодай син


ПРОБУЖДЕНИЕ СОЗНАНИЯ БОДХИ

(Хоцу бодай син)[1]

Всего есть три вида сознания. Первое — читта[2], оно называется «сознанием, учитывающим знаемое».

Второе — хридая[3] оно называется «сознанием трав и деревьев».

Третье — ирита оно называется «сознанием собирания и накапливания желанного духа–энергии».

Из них посредством «сознания, учитывающего знаемое», пробуждается сознание бодхи [4]. «Бодхи» — индийское слово, известное здесь[5] как «Путь». «Читта» — индийское слово, известное здесь как «сознание, учитывающее знаемое». Если бы его не было, невозможно было бы пробудить сознание бодхи . Однако учитывание знаемого не есть само по себе сознание бодхи . Оно всего лишь пробуждается посредством него. Пробудить сознание бодхи [означает] [дать обет] переправить[6] все живые существа до того, как переправишься сам. Внешность [человека] может быть не самой лучшей, но, если сердце его пробудилось, он становится учителем, направляющим все живые существа.

Это сознание [бодхи ] не есть ни то, что присутствовало с самого начала, ни то, что появилось внезапно сейчас. Оно ни единично, ни множественно. Оно ни свободное ни застывшее. Оно не содержится в нашем теле, и наше тело не находится в нем. Это сознание не рассеяно повсеместно в мире дхарм. Оно — ни до, ни после. Оно — не нечто; ни самосущность, ни сущность других, ни сущность всех. Оно также не причинная сущность. Сознание бодхи пробуждается, когда чувства [живых существ], вступивших на Путь, встречают соответствующие [устремления будд][7]. Оно не даруется буддами и бодхи саттвами и не обретается лишь собственными силами, но пробуждается при встрече чувств и устремлений и потому не есть природное [сознание].

Пробуждение сознания бодхи происходит в основном у людей с южного [острова] Джамбу [двипа][8]. В восьми же «трудных пределах»[9] мало кто им обладает. [Есть такие, которые], пробудив сознание бодхи , остаются подвижниками на период в три, сто, а то и бесчисленное число кальп. Некоторые становятся буддами, тогда как другие на протяжении неизмеримого времени помогают переправляться живым существам, а сами не становятся буддами ради блага других. В этом — смысл радости[10] бодхисаттв.

Те, у кого пробудилось сознание бодхи, без устали используют три [средства]–деяния[11] [поступок, слово, мысль] для того, чтобы пробудить это сознание у всех живых существ, вывести и направить их на путь будд. Однако простое потакание желаниям и радостям мира не есть благодеяние для живых существ. Пробуждение этого сознания, практикование и подтверждение[12] превосходят крайности заблуждения и просветленности[13], выводят из Трех Миров[14], вырывают из множественности[15]. Оно [также помогает] избежать состояния шраваков и пратьекабудд.

Прославляя Будду Шакьямуни, бодхисаттва Кашьяпа сложил гатха:

Пробуждение сознания [бодхи ] и всё[16] [постижение] — два, но неразделимы,

Хотя первого [из них] достичь труднее.

Сам, еще не переправившийся, сперва переправляет других —

Вот причина того, отчего мы почитаем пробуждение сознания [бодхи ].

Те, кто пробудились первыми, стали учителями небожителей и людей;

Они отстраняются от шраваков и пратьекабудд.

Потому–то пробужденное сознание превосходит Три Мира,

Потому–то оно и зовется «наивысшим».

«Пробужденное сердце» — это такое состояние, когда «сам, еще не переправившийся, переправляет других», — это есть начальное пробуждение сознания бодхи . После этого [первого] пробуждения сердца, мы встречаем всех будд, учимся у них, с почтением выслушивая наставления в Законе[17], тем самым и дальше пробуждая сознание бодхи, подобно тому как на слой инея намерзает новый слой.

«Все [постижение] есть бодхи — плод будды. Если попробовать сравнить высшую просветленность и первое пробуждение сознания бодхи, увидим, что они — как огонь, рвущийся из всей Вселенной, и как мерцающий огонек светлячка. Но если пробудится сердце, стремящееся «переправить других, прежде чем переправляться самому», [для него] станут эти «два неразделимы».

[Будда говорил:]

Я всегда размышлял об одном —

Как помочь живым существам

Выйти на путь непревращения

И скорее обрести тело будды.

В этих [словах] — безграничное милосердие Татхагаты. Все будды пробуждают сердца, осуществляют деяния, обретают [их] плоды.

Облагодетельствовать живые существа — значит разбудить в них сознание [необходимости] переправлять других до того, как переправишься сам. Однако не следует думать, что с помощью той силы, которая пробуждает такое сознание, мы сможем стать буддами. Пусть даже в нас и созрела совершенная добродетель, как бы позволяющая стать ими,— все равно мы должны обратить ее к живым существам и помогать им вступить на путь становления буддой. Такое сознание не принадлежит ни нам, ни другим, не приходит откуда–либо извне; когда оно пробуждается, трогаем ли мы землю — она обращается в золото, касаемся ли [вод] великого океана — они превращаются в благоухающую амрита. Возьмем ли землю, камень, песок или гальку — в них явится пробужденное сознание бодхи ; посмотрим ли на воду, пену, брызги или пламя — увидим то же.

А если так, то, отдавая другим страны, замки, жен, детей, семь сокровищ, слуг, голову, глаза, кости, тело, плоть, руки и ноги[18], мы отдаем живые проявления сознания бодхи . Читта — сознание, учитывающее знаемое, которое не есть ни близко, ни далеко; не принадлежит ни нам, ни другим — становится сознанием бодхи , если мы ни на миг не сходим с пути переправления других до того, как переправимся сами.

Таким образом, отдавая все, к чему привязаны[19] живые существа,— траву, деревья, черепицу, камешки, золото, серебро, редкие драгоценности — ради сознания бодхи, мы тем самым это сознание пробуждаем.

Сознание и все дхармы[20] не могут не быть обусловлены причинностью, поэтому, когда сознание бодхи пробуждается хоть на мгновение, связь десяти тысяч дхарм усиливает его рост. И пробуждение сознания, и вступление на Путь подвержены мгновенным возникновениям и распадам. Если бы этих мгновенных возникновений и распадов не было, мгновенно [возникшее] в прошлом зло не должно было бы исчезнуть. А если бы оно не исчезло, мгновенно [возникающее] в последующем добро не должно было бы появиться. Продолжительность мгновения знает лишь Татхагата. Только он может единым словом мгновенно пробудить сознание и выразить это слово единым знаком. Остальные мудрые этого не могут.

Зато время, когда молодой человек щелкает пальцами, проходит 65 кшана[21]. Простые люди, однако, не ведают, что 5 скандха[22] постоянно рождаются и разрушаются, они знают лишь продолжительные отрезки времени. За один день и одну ночь проходит 6400099980 кшана, а 5 скандха [постоянно] образуются и распадаются, однако обычный человек этого не замечает. А поскольку он этого не знает, сознание бодхи у него не пробуждается. Не знающий и не верящий в Закон Будды не верит также и в принцип мгновенного возникновения и распада. Тот же, кому открыто чистое сердце нирваны Татхагаты в созерцании Сокровищницы Истинного Закона, безусловно верит в мгновенное возникновение и распад. Нам посчастливилось встретить учение Татхагаты, и мы считаем, что полностью его постигли, однако в действительности то, что мы знаем, есть лишь малая часть Пути. То, что мы не можем прояснить для себя весь Закон Почитаемого, соответствует тому, как невозможно постичь долготу мгновения. Нам, ученикам, не стоит гордиться. Мы не можем постичь ни наименьшего, ни наибольшего. Лишь силой Татхагаты видят живые существа три тысячи миров. Все мы, мгновение за мгновением, движемся из прошлых существований в промежуточные, а из промежуточных — в настоящее. Так, ни на мгновение не останавливаясь, вне нашего хотения вращаемся мы в потоке рождений и смертей, обусловленных нашей кармой. И все же, [несмотря на то что] тело и сознание наши погружены в этот поток, следует пробуждать сознание бодхи , переправляющее других до того, как переправиться самому. Пусть даже на пути к его пробуждению мы и привязаны к своему телу и сознанию. В конечном счете они нам не принадлежат, будучи подвержены рождению, старению, болезням и смерти.

Возникая и исчезая, существование живых существ проходит быстрее, чем они это осознают.

Однажды, когда Почитаемый еще обретался в мире, к нему пришел один бхикшу и, простершись у его ног, спросил: «Отчего существование живого подвержено столь скорому возникновению и распаду?».

Будда сказал: «Я могу это объяснить, но ты не сможешь этого понять».

Бхикшу сказал: «Нет ли какого–либо сравнения, могущего прояснить [суть ответа]?».

Будда сказал: «Есть, сейчас я тебе расскажу. Предположим, имеются четверо хороших стрелков, каждый с луком и стрелами, стоящие спиной к спине и намеревающиеся стрелять в четырех направлениях. И вот, к ним подходит человек, который бегает очень быстро, и говорит: «Стреляйте все сразу, а я смогу подобрать ваши стрелы до того, как они упадут [на землю]». Что ты скажешь — быстро ли он [бегает]?».

Бхикшу ответил: «Да, Почтенный, быстро».

Будда сказал: «Этот человек бегает очень быстро, но его не сравнить с земным якшасом[23]. Земной якшас быстр, но его не сравнить с небесным якшасом. Небесного якшаса по быстроте не сравнить с Четырьмя Небесными Царями[24]. А эти четверо несравнимы по быстроте с солнечной и лунной колесницами. Последние же уступают в скорости небесным божествам[25]. Колесницы Солнца, Луны, все небесные и прочие — быстры, но жизнь — ее возникновение и распад — быстрее. Поток ее превращений молниеносен, идет без малейшей остановки».

Вся наша жизнь есть возникновение и распад, стремительный поток мгновенных превращений. Тот, кто идет по Пути, не должен этого забывать. Если, пребывая в такой жизни, поклясться переправлять других до того, как переправишься сам, перед тобой откроется вечная жизнь. Все сто тысяч будд Трех Миров, семь прошлых будд[26], двадцать восемь [дзэнских] патриархов Западной Небесной [страны][27], шесть [дзэнских] патриархов Восточной земли[28], мудрецы и учителя, через которых передавалось чистое сознание нирваны в созерцании Сокровищницы Истинного Закона, все обладали сознанием бодхи , а тот, у кого такового нет, не может считаться ни патриархом, ни учителем.

В [трактате] «Чань–юань цин–гуй»[29] 120–й вопрос гласит: «Пробуждает сознание бодхи просветленность или нет?»[30].

Следует ясно понимать, что в соответствии с учением будды и путем патриархов просветленность есть предварение сознания бодхи. Достичь просветленности — значит обрести окончательную ясность. Это, однако, еще не есть Великое Постижение [будды]. Например, достигнувшие стадии Десяти Бхуми[31] остаются бодхисаттвами. Двадцать восемь патриархов Западной Небесной [страны], восемь патриархов Земли Тан, а также все учителя и мудрецы были бодхи саттвами, но не буддами, не шраваками и не пратьекабуддами. Из тех, кто сегодня идет по Пути, нет ни одного, кто бы ясно понимал, что он бодхисаттва, а не шравака. Как прискорбно, что называющие себя монахами или учениками не разумеют истинную суть. Увы, сейчас, во времена упадка, Путь патриархов утерян.

Потому–то, кто бы ты ни был — мирянин или монах, небожитель или просто человек, страдающий или веселящийся, — следует быстрее пробуждать сознание [того, что необходимо] переправлять других до того, как переправишься сам. Несмотря на то что мир живых существ не ограничен и не безграничен, следует пробуждать это сознание во всех — ведь оно есть сознание бодхи .

Когда бодхисаттва, укрепляющий все живое[32], собирается спуститься на южный остров[33], он говорит последние наставления всем обитателям неба Тушита: «Сознание бодхи есть Врата Светлого Закона, поскольку [оно] объединяет[34] Три Сокровища»[35].

Ясно то, что неразрывность Трех Сокровищ есть сила сознания бодхи. Пробудив это сознание, следует его тщательно сохранять и не отступать от него ни на шаг.

Будда изрек: «Спрашивают, какова та вещь, которую бодхисаттва должен охранять? Отвечаю — сознание бодхи. Бодхисаттва должен всегда охранять его точно так же, как люди охраняют единственного ребенка; как убогий бережет единственный глаз; как путешественник охраняет провожатого. Охраняя его таким образом, бодхи саттва обретает высшую мудрость бодхи . А обретя ее, он становится Вечным, Радостным, [обладающим высшим] «я» и Чистым[36]. То есть это — отсутствие возникновений, великий корабль, [несущий к] нирване. Потому–то главное, что охраняет бодхи саттва, — это сознание бодхи».

Таковы ясные слова Будды об охранении сознания бодхи . Причину необходимости его тщательного сохранения можно объяснить, приведя сравнение с обычным мирам. Есть три вида [вещей], которые, родившись, иногда не достигают зрелости, Это — рыбья икра, плод дерева амра[37] и бодхисаттва с [недавно] пробудившимся сознанием. Есть также и такие, кто отступает [от Пути] и теряет [обретенное сознание]. Нам следует опасаться такого отступления и потери и хранить сознание бодхи .

Когда бодхисаттва только что обрел сознание, он может его потерять, если не встретит достойного учителя. Не встретив его, он не услышит [изложения] Истинного Закона. Не услышав же такового, он будет отрицать [закон,] причины и следствия, возможность постижения. Три Сокровища, [существование] Трех Миров и прочее. Предавшись забаве ради Пяти Желаний, он утеряет добродетели недавно обретенного сознания [и того, что могло придти] в будущем.

Демон Папияс[38] и другие, желая отвратить послушника, принимают формы будд, отцов, матерей, учителей, небожителей и других; приблизившись к бодхисаттве, он вкрадчиво говорит ему: «Путь будд долог, [цель] неблизка, ее достижение сопряжено со многими страданиями. Не лучше ли сперва самому постичь [причину] рождений и смертей[39], а только потом уж переправлять живые существа?». Услыхав это, подвижник отступает от свершения деяний бодхисаттвы и теряет сознание бодхи. Следует знать, что эти слова есть козни демонов и бодхисаттва не должен слушать [их] и следовать им. Нельзя отступать от намерения переправлять других до того, как переправишься сам; призывы отказаться от этого есть речи демонов, учения «внешнего пути», поучения «друзей», [желающих вам] зла. Поэтому следовать им нельзя.

Есть четыре вида демонов. Первый — демон желаний и страстей; второй — демон пяти групп[40]; третий — демон смерти; четвертый — демон неба[41].

Говорят, что в распоряжении первого — 108 или 84 тысячи групп желаний и страстей.

Демон пяти групп пребывает у источников желаний и страстей, их совокупных причин и следствий. Они, [эти источники], есть: [человеческое] тело, четыре Великих [Элемента] и четыре рупа, их создающие, а также индрия — это называется рупа–скандха. Ощущение 108 желаний зовется ведана–скандха. То, что разделяет и объединяет большие, малые и неизмеримые мысли, зовется самджня–скандха. Сознание, возникающее от любви и ненависти, вызывающее алчность, гнев и другие чувства, привязанное и непривязанное[42], именуетсясамскара–скандха. Шесть сознаний, возникающих из шести органов чувств и шести их объектов, разделяющих и объединяющих все мыслимое, называются виджняна–скандха.

Демон смерти, пользуясь непостоянством как причиной и как следствием, разбивает продолжительность пяти скандха, составляющих жизнь; к тому же он удаляет друг от друга Три Закона[43], [лишает тело] сознания, тепла и жизни, почему и зовется демоном смерти.

Демон неба повелевает Миром Желаний. Глубоко укоренившись в радостях мира, в поисках все новых обретений, он ненавидит тех, кто вступил на Путь Закона, ведущий мудрых к нирване.

«Мара»[44] — индийское слово, в земле Цинь переводимое как «тот, кто может лишать жизни». Демон смерти в отличие от остальных, пользующихся [законом] щнгчины и следствия и лишающих разума, может убивать, и потому его зовут «уничтожитель».

Некто спросил: «Раз демон пяти скандха включает в себя [свойства] трех остальных видов демонов, зачем это разделение на четыре?».

Ему ответили: «В действительности есть лишь один демон, но, чтобы выделить его сущность, мы говорим, что их четыре».

Вышеизложенное есть поучение патриарха Нагарджуны, которое подвижник должен тщательно изучить. Этим мы охраним сознание Бодхи и не падем случайно жертвой демонов.

Прочитано монашескому собранию в храме Ёсиминэ–дэра, в провинции Ёсида, местечке Этидзэн 14–го дня 2–й луны 2–го года Кангэн (1244 г.)

Составлено по наброскам учителя монахом Эдзе 9–го дня 4–й луны 7–го года Кэнтё (1255 г.).


[1] «Пробуждение сознания бодхи» («Хоцу бодай син») — четвертый из двенадцати заключительных трактатов сборника «Сёбо гэндзо», прилагаемых к основному собранию под общим наименованием «Синсо–бон» (Поздние труды). Представляет собой лекцию, прочитанную монахам в 1244 г. Догэн разбирает основную категорию школы Дзэн — изначально присущее всем просветленное сознание (бодхи). Перевод выполнен по изданию: Нихон–но сисо. Сёбо гэндзо. Т. 12, ч. 2. Токио, 1981.

[2] Яп. ситта.

[3] Яп. карита.

[4] Т. е. просветленное сознание, состояние длительное (в идеале — постоянное).

[5] В Китае и Японии.

[6] «Переправа на другой берег»; «переправлять других, прежде чем переправишься сам» — метафорическое описание ухода из мира заблуждений, вхождения в состояние нирваны. Ключевые выражения данной работы.

[7] Яп. каннодоко, г. е. необходимы усилия самого подвижника, степени которых будет соответствовать помощь просветленных.

[8] Яп. эмбудай — по представлениям индусов, большой остров, расположенный в южной части мирового океана.

[9] Яп. хацу нандзё, букв, восемь трудных мест: ад; состояние скотов; состояние голодных демонов; долгожители; пребывающие в отдаленных местах; немые, глухие, слепые, парализованные; придерживающиеся иных воззрений; жившие в эпоху, когда Будда еще не явился или уже покинул мир.

[10] Яп. игё, санскр. ашая.

[11] Яп. санго.

[12] Яп. сюсё — одна из центральных концепций философской системы Догэна, гласящая, что медитация тождественна просветленному сознанию.

[13] Яп. мэйго — под «просветленностью» здесь следует понимать единовременный акт, вспышку, озарение, которое именно своей единичностью может привести к успокоенности.

[14] Желаний; форм; отсутствия форм.

[15] Яп. дацугун. смысл неясен.

[16] Яп. хиккё, букв., «предельное, полное».

[17] Яп. кэмбуцу момбо. Букв., «видим Будд, слышим Закон».

[18] Понимать следует, разумеется, не буквально; речь идет о служении людям всем своим достоянием, всеми помыслами; подразумевается нспривязанность к вещам и людям.

[19] Яп. гау, букв, чем обладает «я».

[20] Т. е. все вещи, все сущее.

[21] Мгновений.

[22] Скандха. яп. гоун — пять групп дхарм прошедших, настоящих и будущих (см. [Розенберг, 1991. С. 124, 126]). В данном случае подразумевается, что все компоненты нашего тела и сознания находятся в непрерывном процессе превращений.

[23] Яп. яся — одна из восьми разновидностей демонов.

[24] Яп. ситэнно, обитают на полдороге к вершине горы Сумеру, считаются охранителями четырех сторон света.

[25] Смысл неясен.

[26] Считается, что Шакьямуни был седьмым буддой, явившимся в мир как человек; шесть предыдущих — Винашьин, Шикхин, Вишвабху, Кракуччандра. Канакамуни, Кашьяпа.

[27] Яп. сайтэн — Индии.

[28] Яп. тоти — Китая.

[29] Яп. «Дзэн–эн син–ги» («Чистые правила сада дзэн»). Состоят из 10 частей, написаны в 1101г. китайским настоятелем Цзу Шоу. Древнейший из сохранившихся уставов дзэнского монастыря.

[30] Суть вопроса в том, идентичны ли просветленное состояние (сатори) и сознание бодхи (бодай–син).

[31] В системе совершенствования бодхисаттв выделяются 52 стадии, где десять последних предназначены для бодхисаттв, которые уже не переродятся.

[32] Яп. иссё фусё босацу — Майтрейя.

[33] См. примеч. 7.

[34] Букв. «не разрывает».

[35] Яп. буппосо ― Будда, Дхарма, Сангха.

[36] Яп. дзёракугадзё ― четыре признака бодхисаттвы одной из высших ступеней: постоянство и неизменность; свободная радость; превосхождение личностного «я» («самости»); незагрязнимость, чистота помыслов и поступков.

[37] Разновидность манго.

[38] Яп. тэмма хадзюн — повелитель шестого неба в Мире Желаний, стремящийся отвратить людей от занятий буддизмом.

[39] Т. е. достичь индивидуальной просветленности.

[40] Скандха.

[41] Папияс.

[42] Сознание (сердце), в соответствии с его атрибутами, действиями и способом отражения внешних объектов, бывает двух видов: «непривязанное», т. е. Не загрязняемое желаниями и страстями, чистое по внутренней сути; и «привязанное» к внешнему (иллюзорному) миру.

[43] Яп. самбо — учение, практика, результат.

[44] Демон.